Икрам Сабиров: «Миф о секретном союзе США с Ираном», Российское информационное агентство IRAN.RU, 14 марта 2014

Серьезные изменения в американо-иранских и ирано-российских отношениях породили немалое количество мифов о причинах, а главное — последствиях этих изменений. Одна часть этих мифов — следствие откровенного невежества пишущих на «иранскую» тему. Другая — элемент информационной войны, направленной на то, чтобы посеять у российской аудитории сомнения в добросовестности Ирана как стратегического партнера России. Зачастую невежество и ложь сливаются в ядовитый коктейль, которым пытаются напоить читателя.

Широкое распространение в последние пару лет получило мнение о том, что, оказывается, никаких глубинных противоречий между США и Ираном не существует, что напряженность в отношениях Тегерана и Вашингтона — не более чем «игра на публику», под прикрытием которой стороны «тесно сотрудничают и совместно решают общие задачи». В медиа-пространство без особого, на первый взгляд, нажима, аккуратно вбрасывается подленький тезис о некоей общности геополитических интересов Ирана и США: «С тех пор, как две страны в 1980 году разорвали дипломатические отношения, весь мир считает, что США делают все, чтобы сжить своего противника со света. Но 24 сентября 2013 года Барак Обама в своей речи на Генассамблее ООН заявил: «Соединенные Штаты не хотят смены режима в Иране». Это звучало странно. Но, как оказалось, США не просто не хотят, а делают все, для того, чтобы сбылись все геополитические мечты Тегерана».

Конечная цель подобных «аналитических выводов» совершенно понятна — Ирану доверять нельзя, он ведет двойную игру, опираясь на некие мифические «секретные договоренности с США». Столь же понятна и цена «аналитиков», тиражирующих подобные измышления, — грош за пучок в базарный день. Проблема заключается в том, что свои «глубокие измышления» эти авторы сопровождают вырванными из историко-политического контекста примерами, которые шулерски подтасовывают так, что у неискушенного читателя возникает впечатление достоверности и доказанности. И таким образом эта мошенническая подтасовка приобретает вид «сенсационной правды о секретном союзе Тегерана и Вашингтона».

Истоки мифа

Примеры, которыми шулеры от аналитики пользуются для доказательства своих измышлений, связаны, по большей части, с Ираком и Афганистаном. Что далеко не случайно, поскольку «миф о секретном союзе Ирана и Америки» родился на Западе по итогам агрессии в эти страны. Именно вторжения в Афганистан и Ирак послужили толчком для начала поистине тектонических сдвигов в политическом ландшафте Ближнего Востока и Центральной Азии. Именно афганская операция НАТО «Несокрушимая свобода» в 2001 году и операция «Иракская свобода» в 2003 году разрушили сложившуюся к тому времени систему сдержек и противовесов в регионе, за которой последовали хаос и кровь, арабская весна, «экспорт демократии», расцвет «интернационального джихада» и суннито-шиитское противостояние от Леванта до Пакистана.

Но чисто военные победы США и НАТО ни в Ираке, ни в Афганистане не обернулись безоговорочными победами в политическом отношении, не привели к достижению главной цели — полному контролю над оккупированными странами и прилегающими к ним территориями при помощи приведенных к власти на американских штыках марионеточных режимов. Более того, ответная реакция «разбуженных» агрессией США политических сил — от «интернационального джихада» до шиитского пробуждения, от «братьев-мусульман» до монархических династий Персидского Залива — поставили под вопрос доминирование США на Ближнем Востоке и в Центральной Азии, которое после падения СССР казалось незыблемым. «За что мы воевали в Афганистане и Ираке», − все чаще спрашивают себя политические элиты в Вашингтоне, − «если плодами наших побед пользуются другие?»

Открыто признаться в том, что атака на Талибан и свержение «лучшего врага Америки» Саддама Хуссейна были выполнены топорно, без учета всех возможных последствий, США не могут. Не могут признать и того обстоятельства, что именно их внешняя политика является причиной крови и хаоса на Ближнем Востоке. И уж тем более не могут признать, что решающий вклад в безопасность и стабильность региона, разрушенные агрессивностью США и НАТО, вносят другие страны, в первую очередь — Россия, Иран и Китай. А потому и появился спасительный для части западной общественности миф, что вся внешняя политика США в Ираке и Афганистане − это не откровенный провал, а тонкая игра, что все именно так с самого начала и задумывалось.

Афганистан

Но так ли это? Вторжение в Афганистан никакого отношения к борьбе с международным терроризмом и уж тем более к освобождению афганского народа от власти Талибана не имело. До 1994 года США совершенно не интересовались тем, что в Афганистане произошла гуманитарная катастрофа, что производство и транзит наркотиков стали единственным источником финансирования всех враждующих группировок, потому как экономика Афганистана как явление попросту перестала существовать. Но после 1994 произошло нечто, заставившее Запад вновь обратить внимание на происходящее в этой стране.

Этим «нечто» оказалось открытие огромных залежей нефти и газа в Каспийском море. Но вскоре всем вожделевшим сверхдоходов стало ясно, что основная проблема каспийских нефти и газа заключалась в том, как решить вопрос доставки каспийских энергоносителей на мировые рынки. Идея использовать для транзита каспийской нефти и газа афганское направление принадлежала Карлосу Булгерони, президенту аргентинской нефтяной компании «Бридас». По его мнению, ключом к каспийскому крану и проблеме транспортировки нефти в Персидский залив является Афганистан и Туркменистан.

Между 1991 и 1994 годами специалисты «Бридаса» разрабатывают проект нефте- и газопровода через территорию Афганистана. Прибыль обещает быть сказочной, но требуются дополнительные капиталы. «Бридас» предлагает войти в долю и получить доступ к будущему нефтепроводу другим нефтяным компаниям, среди которых самый большой интерес к проекту проявляет UNOCAL, занимавшая 12-е место в рейтинге американского нефтяного пула.

В октябре 1995 года президент Туркменистана Сапармурат Ниязов подписывает два контракта с UNOCAL, который, в свою очередь, привлекает Delta Oil Company, принадлежащую саудовской королевской семье. Первый контракт предусматривает прокладку газопровода Давлатабад (Туркменистан) — Мултан (Пакистан) по территории Афганистана. Второй контракт касается строительства нефтепровода из Чарджоу (Туркменистан) до пакистанского побережья в Оманском заливе, опять же через афганскую территорию. Общая сумма инвестиций должна была составить 4,7 млрд. долларов. Во время презентации проекта было недвусмысленно отмечено, что «одним из главных препятствий на пути его реализации является политическая нестабильность в Афганистане». В марте 2001 года в Вашингтон на переговоры с администрацией США прибыл эмиссар талибов. Команда Джорджа Буша-младшего всерьез рассматривала вопрос признания правительства талибов, при условии его готовности сотрудничать с Соединенными Штатами в сфере разработки нефтяных запасов и строительства нефтепровода в регионе Центральной Азии. Кстати, в качестве подарка Бушу талибы привезли тогда роскошный афганский ковер. Затем в ходе этих же переговоров неуклюжие американские чиновники проявили «чудеса остроумия» − вспомнили о подарке и прямо заявили талибам: «Мы также подготовили для вас подарок в виде двух ковров. Один устлан из чистого золота, другой из ковровых бомб. Или вы найдете своего счастья под золотым ковром или мы похороним вас под ковром из бомб». Американцы вели свои топорные переговоры до 2 августа 2001 года. В конечном итоге их условия Талибан не принял, чем подписал себе приговор. Как видим, никаких иранских интересов «Несокрушимая свобода» не защищала. Транснациональные корпорации, тесно связанные с политическими элитами в Вашингтоне и Эр-Рияде, — вот основные выгодополучатели от вторжения в Афганистан.

Ирак

Причины американского вторжения в Ирак достаточно хорошо изучены, и пересказывать то, что было написано талантливыми и компетентными специалистами, нет никакой необходимости. Под явно вымышленным предлогом Джордж Буш-младший развязал войну и втянул в качестве союзников другие страны. Оружия массового поражения в Ираке так и не нашлось, доклады разведок оказались, мягко говоря, «неточными», причастность Саддама Хусейна к нью-йоркским терактам не доказана.

Навязшие в зубах американские разговоры о борьбе с нераспространением ядерного оружия, об установлении демократии в Ираке, обеспечении свободы слова и гарантий прав иракского народа были всего лишь прикрытием для операций американских политиков и связанных с ними корпораций, принёсших им огромные деньги. США первыми захватили и стали полностью контролировать нефтегазовую инфраструктуру Ирака. За десять лет прямой оккупации Ирака американцы за счет продажи иракской нефти заработали сотни миллиардов долларов, они не только с лихвой компенсировали все свои затраты по захвату страны, но и стали финансировать операцию в Афганистане. Как мелкий пример, главный вдохновитель операции «Иракская свобода», в то время — вице-президент США Дик Чейни только на банальной продаже бензина за пару лет получил более 200 миллионов долларов чистой прибыли…

К моменту вывода американских войск из Ирака когда-то одно из самых сильных государств арабского мира стало самой опасной страной, треть населения которого живет только лишь за счет помощи извне. После операции «Иракская свобода» обозреватели задавали вопрос: «Что же дальше станет с Ираком, страной без водопровода, электричества, канализации, население которого просыпается с мыслью дожить до следующего утра? Наверное, мир получит еще одну раздробленную и потерянную страну, которая, вполне вероятно, распадется на три отдельные − курдское, суннитское и шиитское государства».

Разрушив страну, США просто «сбросили» все возникшие от этого проблемы в регионе на другие страны, заявив об окончании «освободительной миссии». Иран столкнулся с ситуацией, когда его ближайший сосед, где 65% населения — шииты, где расположены святыни Кербелы, Эн-Наджафа и Самарры, становится зоной хаоса и землей войны всех против всех. Вполне очевидно, что он пришел на помощь Багдаду в самое сложное для него время, когда США бросили своих вчерашних союзников на произвол судьбы.

Но говорить о том, что сегодня Ирак является колонией Ирана, как это делают западные аналитики — огромная глупость. Бывший посол США в Ираке Залмай Халилзад (первый мусульманин, сделавший успешную карьеру в дипломатическом ведомстве США), приложивший немало усилий для политической карьеры нынешнего иракского премьера, предельно точно охарактеризовал Нури аль-Малики как человека «не зависящего от Ирана и позиционирующего себя как арабского националиста». Развивая экономические отношения с Багдадом (по разным оценкам товарооборот между странами составил в 2012 году от 7 до 12 миллиардов долларов), Тегеран всячески избегает политического вмешательства во внутренние дела Ирака, сделав исключение лишь в прошлом году, когда призвал Нури аль-Малики к сдержанности в его стремлении ответить массовыми репрессиями на любые выступления суннитов как против его партии, так и лично против него.

Мифы и реальность о «сбывшихся мечтах Тегерана»

Что получил Тегеран по итогам американской агрессии в Афганистан и Ирак? Хаос и разрушение в государствах, имеющих с ним общую границу. Банды «отморозков», которые, прикрываясь исламскими лозунгами, развязали масштабный террор против афганских и иракских шиитов. Полномасштабный гуманитарный кризис в приграничных с Ираном провинциях и миллионы беженцев, количество которых затрудняется назвать даже Комиссариат ООН. Гигантский скачок объемов контрабанды и наркотранзита на иранскую территорию. Кто-то должен же за это ответить? Кто в здравом уме назовет это «исполнением геополитической мечты Тегерана»?

В условиях непростой экономической ситуации внутри страны, в условиях враждебного окружения и широкомасштабной необъявленной войны, развернутой теми же США, Израилем, Саудовской Аравией и радикальными группировками, Иран вынужден вкладывать миллиарды долларов на поддержание стабильности в странах, где «похозяйничал» Вашингтон. США не «воевали за интересы Ирана», а втянули его в ликвидацию последствий американской борьбы за контроль над Ближним Востоком и Центральной Азией. Причем, Иран обеспечивает и не только свою, но и региональную безопасность, поскольку оставь он на самотек ситуацию в Афганистане и Ираке, откажись от активного экономического и гуманитарного присутствия в этих странах, и ситуация вновь выйдет из-под контроля, а волна террора, «наркоджихада» и радикализма захлестнет практически все регионы — Центральную Азию, Персидский залив и, конечно, Ближний Восток.

************

Принципиальное отличие иранского подхода к проблемам Афганистана и Ирака от «западного проекта», навязанного Кабулу и Багдаду, кроется в том, что для США и НАТО эти страны — лишь поле, на котором разыгрывается очередная геополитическая партия Вашингтона. На «территории игры» может происходить все что угодно, интересы «туземного населения» для Запада особой роли не играют. Для Тегерана же необходимо именно благополучие и стабильность этих государств, которые, в свою очередь, станут залогом региональной стабильности и благополучия их соседей по региону. Для сокрытия этого весьма неприглядного для США и Запада обстоятельства и появляются эти подленькие мифы.

Возврат к списку